Суд запретил эксплуатацию гостиниц Marton в Краснодаре по иску Росимущества
Арбитражный суд Краснодарского края ввел обеспечительные меры по иску, поданному Межрегиональным территориальным управлением Росимущества. Ответчиками выступают бывший совладелец гостиничной сети Marton Андрей Марченко и его экс-бухгалтер, индивидуальный предприниматель Ольга Тимофеенко.
Согласно определению суда, которое оказалось в распоряжении «Ъ-Кубань», истцы настаивали на освобождении нежилых помещений и взыскании платы за их использование. В рамках принятых обеспечительных мер фигурантам дела, а также любым третьим лицам запрещено использовать 16 объектов недвижимости и вести на их территории коммерческую деятельность. В число этих активов входят отели «Мартон Пашковский», «Мартон Лидер», «Мартон Лидер 3» и «Мартон Амиго». Параллельно суд наложил арест на имущество и счета ответчиков на сумму до 118,5 миллиона рублей.
Основанием для данного иска послужило решение Останкинского районного суда Москвы, принятое в октябре 2025 года. Тогда был удовлетворен антикоррупционный иск Генеральной прокуратуры России об обращении в доход государства 95 объектов недвижимости, чья совокупная стоимость превышает 9 миллиардов рублей. Как уточняет РБК, в этот перечень вошла и сеть бизнес-отелей Marton.
По информации надзорного ведомства, фигурантами того разбирательства были экс-судья Верховного суда Виктор Момотов, его партнер Андрей Марченко (в иске Генпрокуратуры он фигурирует как краснодарский «представитель криминалитета»), сын Марченко Иван, а также ООО «Гостиница “Вологда”». В ходе проверки у доверенных лиц бывшего судьи обнаружили 44 земельных участка и 51 объект недвижимости, на базе которых была создана сеть, объединяющая порядка 40 гостиниц в Москве, Краснодарском крае, Ростовской, Воронежской и других областях.
В настоящее время Андрей Марченко и его сын Иван находятся под стражей. Старший Марченко обвиняется в мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ), а его сын — в мошенничестве и легализации денежных средств в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 и п. «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ).
В заявлении Росимущества отмечается, что при проверке объектов 24 декабря 2025 года было зафиксировано ведение на них хозяйственной деятельности. Доступ в помещения был ограничен предпринимателями, которые считают эту недвижимость своей собственностью. Суд признал доводы о необходимости обеспечительных мер обоснованными, пояснив, что их отсутствие могло бы осложнить или сделать невозможным исполнение будущего судебного решения.
