«Дно, где мы дружно пребываем»: критик подвел итоги работы краснодарских театров в 2022 году

«Дно, где мы дружно пребываем»: критик подвел итоги работы краснодарских театров в 2022 году
"12 стульев". Фото: Андрей Васильев

В преддверии Нового года корреспондент «НК» Екатерина Грищенко решила поговорить с театральным критиком Александром Геннадьевым. Конечно, это не конец сезона, а всего лишь конец года. Тем не менее уже можно подвести некоторые итоги, рассмотреть, какие события произошли и какие проблемы возникли на кубанских подмостках за последние 12 месяцев.

На жаргоне

«НК»: Александр, что у нас сегодня происходит в театральном мире? При чтении ваших статей создается ощущение, что всё печально, особенно достается  академическому театру драмы имени М. Горького?

А.Г.: Его уже даже театром сложно назвать, так как там что ни спектакль, то несчастный случай, хотя, существуя в подобном режиме, сама «драма» уже, как мне кажется, не замечает всего масштаба бедствия. Последняя премьера «12 стульев» по роману И. Ильфа и Е. Петрова еще раз доказала, что художественное руководство нашего флагмана не понимает даже элементарных вещей. Мне интересно, выпустив спектакль в 4,5 часа с двумя антрактами, на какое чудо они рассчитывали? Что зритель покорно все высидит?

«НК»: Явно не почти пятичасовой Лев Николаевич Толстой Римаса Туминаса?

А.Г.: На «Войну и мир» я сходил бы еще 150 раз, но, боюсь, к моему сожалению, это последний великий спектакль нашей эпохи.

«НК»: Так проблема краснодарского Остапа Бендера только в хронометраже?

А.Г.: Если бы! Правда сейчас околотеатральные восторженные бабушки из СМИ нам пытаются рассказать, что провала не было (извините, собственными глазами видел, как больше половины зала ретировалось) И люди уходили не с авангардного «опуса», а с довольно-таки традиционной работы, потому что смотреть было невозможно. Спектакль был просто не сделан, я назвал увиденное читкой. Меня также смутил актерский кастинг. Например, Алексей Сухоручко – профессиональный, добротный актер, но это просто не его роль (роль Остапа Бендера. – Прим. авт.). Его амплуа больше подходит роль Кисы Воробьянинова, и как этого не видел режиссер Георгий Цнобиладзе, непонятно.

Так убить остроумнейший текст, так его изрешетить! Вообще, сегодня театр отдан на откуп любителей читок и лабораторий, которые не умеют грамотно излагать свои мысли, плохо разбираются в жанрах. Их спектакли зачастую лишены логики и, как правило, внутреннего импульса. А о постановочной культуре говорить не приходится, все неряшливо, небрежно, на ходу. И это не несет нашему театру, с устоявшимися традициями и выдающейся историей, ничего хорошего. По сути, мы имеем филиал «Одного театра», площадки для не самых лучших экспериментов и продвижения не самой лучшей драматургии. И как можно перед новогодней кампанией ставить премьеру такого огромного материала, коим являются «12 стульев», когда «елочный» марафон стартовал спектаклем большой формы «Буратино»! Если задача стоит морально и физически выпотрошить труппу, тогда всё понятно! Картина удручающая и безысходная!

«НК»: А как вам спектакли в постановки главного режиссера театра Арсения Фогелева?

А.Г.: Кстати, да! Я совсем недавно побывал на детском новогоднем представлении и посмотрел «Буратино» по повести-сказке Алексея Толстого и в очередной раз пришел в ужас от увиденного. В шоке пребывали и сами зрители. Почитайте отзывы на сайте театра: «Сказка для всей семьи, куда мы катимся, господа… Я, честно, в культурном и эмоциональном шоке. К «Буратино» претензий нет, но вот режиссер, г-н Фогелев, умоляю, оставьте это поприще, желательно, навсегда! Так влиять сегодня на детей – это кощунство и преступление. Мой ребенок бежал со спектакля. Второй вышел угрюмый и злой. Как и все сцены этого пошлого спектакля».

На самом деле сказка полностью лишена света, юмора, такое ощущение, что действие происходит в застенках. Очень неряшливая работа с теневым театром, и, я полагаю, от художников (даже не указанных на сайте театра) режиссер-постановщик Фогелев требовал именно такой концепции. И почему крыса Шуша́ра здесь звучит как Шу́шера, одно из жаргонных слов воровского лексикона? А образ мудрой черепахи Тортиллы просто исковеркан. И, как опять же написала другая зрительница, «…сказка у него получилась злая. Темная и злая. Кот Базилио орет в адрес Лисы Алисы: «Тварь!» (видимо, после такого зрительского отзыва это выразительное слово убрали). Черепаха Тортилла напоминает надсмотрщицу в тюрьме…» Вы понимаете, что это говорит зритель, на чьи деньги и ставятся подобные «шедевры».

Обаяние не любимца публики

«НК»: А вы только одно новогоднее полотно смотрели?

А.Г.: Нет, я еще посетил Театр Защитника Отечества, где дают «Лунного принца» по пьесе-сказке Л. Титовой и А. Староторжского, и, знаете, был приятно удивлен! Александр Николаев, которому от меня нередко перепадает, сотворил именно детский спектакль и, несмотря на определенные недостатки, его не стыдно показывать юному поколению. Но, надо сказать, что в «Лунном принце» сценографию и костюмы оформляла Татьяна Баранова – художник тонкий и безукоризненно честный. Татьяна добилась эффекта того нездешнего, совершенно небытового состояния, в котором и обитают герои доброй и забавной истории! Дивные костюмы, ровный, аккуратный, гармоничный цветовой крой… Особенно меня поразил самовар, этакая смесь русского стиля и дымковской игрушки. Среди актерских работ я бы отметил мягкую и трогательную игру Ильи Коробейникова (китайский фонарь). Николаев и Баранова – удачный тандем, и, я полагаю, именно художник в данном случае благотворно действует на режиссера.

Сцена из спектакля "Лунный принц". Фото: пресс-служба Театра Защитника Отечества
«НК»: Александр, давайте вернемся к «Войне и миру». В ноябре мы все увидели спектакль Краснодарского молодежного театра «Афазия» по фрагментам романа Л. Толстого. Что вы скажете на сей счет?

А.Г.: Спектакль А. Плотникова производит неоднозначное впечатление. Я не скажу, что работа молодого режиссера вызвала у меня отторжение, но возникло немало вопросов к драматургии, довольно-таки скученной, местами претенциозной. Александр – ученик Камы Гинкаса, и этим все сказано. Пока он еще не вышел из-под влияния своего учителя, и мы видим гинкасовские «обороты», приемы. Более того, чувствуется и влияние Генриетты Яновской, умеющей искусно плести вязь своих спектаклей, у нее абсолютное режиссерское зрение и не менее идеальный слух. Генриетта Наумовна всегда виртуозно соединяет совершенно разные тексты. Но Яновская, как и Гинкас — Мастера. Плотников же пока ищет свой путь, однако в его «Афазии» я все же уловил ту приглушенную интонацию, с которой тихо заглядывают в прошлое и осторожно — в будущее.

Нельзя не отметить работу Алексея Суханова. Его особенный голос, ритм и чистота произношения сразу погружают тебя в особую атмосферу. Правда, потом идет определённый речевой сбой в координации спектакля. Но это уже, как я говорил, драматургические и, как следствие, режиссерские просчеты.

«НК»: Я не раз слышала от вас восторженные отзывы об Алексее Суханове?

А.Г.: В любом случае, по крайней мере для меня, он наш лучший актер, артист от Бога, и в нем присутствует то, чем и отличаются большие актеры! Он вне времени, его обаяние – не любимца публики, его обаяние актера-интеллектуала, наверное, поэтому режиссерам с ним нелегко. Алексей обязательно привносит в роль что-то свое, включая особенную пластику. Очень точную и очень образную. И мне жаль, что артист такого масштаба, по сути, не реализован, но это и его выбор, он в свое время уходил из театра…

«Имя» и «Во имя жизни»

«НК»: Как-то странно вы говорите, с одной стороны, с радостью, а с другой – с болью?

А.Г.: К талантливым людям всегда относился с внутренним трепетом, я за них боюсь, так как их путь полон серьезных испытаний. Недавно в Краснодаре появился думающий хореограф, я не буду называть фамилию человека, чтобы не создавать ему проблем больше, чем уже есть. Его начинают в открытую изводить, и мне жаль, что в крае, как только появляется талантливый профессионал с большой буквы, то те, кто годами сидит на своих местах и производит даже не халтуру, а порой банальный утиль, сворой на него набрасываются!

«НК»: Я поняла, о ком вы говорите и кто у нас производит в хореографии, как вы выразились, утиль.

А.Г.: К сожалению, ныне беда не только с балетмейстерами, но и с режиссерами, которых в крае остались единицы. Они вынуждены творить где-то за пределами Кубани или ставить какие-то миниатюры, как тот же Владимир Рогульченко. Именно он на много лет определил эстетику Молодежного театра и воспитал целое поколение актеров, до сих пор ему благодарных. В ноябре Владимир Дмитриевич пригласил меня посмотреть его новою работу – спектакль «Возвышенное и земное». Сценическая композиция составлена на основе «маленькой трагедии» А.С. Пушкина «Моцарт и Сальери». Это миниатюра о гении и коварстве, размышления о природе таланта. Владимир Дмитриевич из ничего соткал красивый, стильный, рафинированный музыкально-пластический спектакль. Есть у нас и режиссер Елена Журавлева, чьи работы высоко ценит московская критика. Есть Геннадий Николаев с огромным, прекрасным опытом, и педагогическим тоже. Но, увы, сегодня не их время.

«НК»: Как дела обстоят с фестивальной жизнью театров в Краснодаре?

А.Г.: Никак. Несчастная «Кубань театральная» все время переносится, говорят, она будет весной. Не знаю, почему фестиваль не провели, но его явно надо полностью менять – всю структуру, формат. И я не раз об этом говорил. Все время что-то пытается проводить Краснодарское отделение Союза театральных деятелей. Так, прошел фестиваль-конкурс независимых театров «Арт&Шок», в котором участвовали «полтора» коллектива и с огромным отрывом «победил» зацелованный со всех сторон «Один театр». Скоро он от такой любви, мне кажется, просто задохнется и ему не помешала бы трезвая оценка, где всё не настолько красиво, как нам рисуют его воздыхательницы. Но он существует на свои собственные средства, поэтому какие здесь претензии?

У нас большое множество частных трупп, они как-то живут и стараются расти. Иногда я хожу в «Тмин», где сегодня работает необычная, профессиональная актриса Ольга Колосова и где ей дают возможность выходить на сцену, так как хороший актер не всегда нужен нашим театрам. Опять же, посмотрите на труппу драмы, укомплектованную мало что умеющими выпускниками местного института культуры.

"Вам и не снилось" в театре "Тмин". Фото из архивов Александра Геннадьева
«НК»: Осенью вы писали о сочинском музыкальном форуме «Во имя жизни», посвященном Александре Пахмутовой. Чем он вас привлек?

А.Г.: Это очень интересный фестиваль, который провел Алексей Пугачев, наш земляк. Он учится на дирижерском факультете Московской консерватории и, представьте, юноше всего 20 лет. Ему удалось не просто реализовать такой большой проект и успешно продвинуть его, а выдержать уровень и не скатиться в самодеятельность, что сегодня в нашем крае расцветает и процветает. В Сочи съехались коллективы со всей страны, на нем были знаменитые эксперты, музыковеды, ректоры ведущих вузов. Порадовал гала-концерт: мы услышали отличные голоса, надеюсь, будущее нашего вокального искусства. И в разговоре с Алексеем меня удивила зрелость его суждений, жесткость и справедливость оценок происходящего, умение бесстрашно, без розовых очков смотреть в будущее.

Алексей Пугачев. Фото: пресс-служба музыкального форума «Во имя жизни»
«НК»: А о нашем краевом вокальном конкурсе эстрадных исполнителей «Имя» что можете сказать?

А.Г.: Хорошее дело, когда ищутся таланты, дается возможность молодежи как-то о себе заявить. Но мероприятие показалось мне странным. Во-первых, гран-при был 1 миллион рублей. В Международном конкурсе Юрия Григоровича «Молодой балет мира» гран-при меньше в несколько раз, губернаторская премия «Кубани театральной» - так просто гроши по сравнению с этим баснословным призом. Но раз есть у края такие деньги, то будем ликовать за тех, кто их получил. Самое главное, где мы теперь услышим этих триумфаторов? Говорят, что «Имя» станет всероссийским и его, возможно, перенесут в Сочи, наверное, по типу «Красной гвоздики». Хочется верить, что эти лауреаты на самом деле стали открытием, а не теми звездами, которые потом будут сиять лишь на станичных свадьбах и днях хуторов и районов.

«Утро драмбалета»

«НК»: Давайте поговорим о Театре балета Юрия Григоровича.

А.Г.: Там тоже довольно много вопросов. Есть перспективная молодежь, но с ними надо работать и их необходимо выдвигать. А вот с этим проблемы, так как танцуют одни и те же, а остальные сидят и ждут или пенсии, или счастливого случая. Я уже устал говорить на эту тему, так как инерция этого коллектива просто невообразимая.

В Театре балета собираются ставить «Бахчисарайский фонтан» Б. Асафьева. «Утро драмбалета» – так в свое время охарактеризовал гениальный критик Вадим Гаевский одноименную постановку балетмейстера Р. Захарова:

«Завоевания «драмбалета» имели бы больше цены и сам бы «драмбалет» не зашел бы в тупик, если бы в жертву действию не приносились созерцание, медитация, лирика, танец».

Отрадно лишь то, что в хореодраме обещают занять молодое поколение артистов. Значит, будем ждать!

«НК»: Вы как-то обходите стороной музыкальный театр?

А.Г.: К сожалению, одну из последних значимых премьер «Иоланту» П. Чайковского я не видел, но ничего плохого о постановке не слышал, как, впрочем, и восторгов. Об опере М. Мусоргского «Борис Годунов» уже писал, как о достойном проекте, правда, тогда пришлось лицезреть приглашенных солистов. Как справляются наши вокалисты с этим сложнейшим материалом, я не знаю. А о балетах Музыкального театра даже и говорить не хочу, там полное отсутствие хореографии и какой-либо собственной мысли.

«НК»: В этом году вы один из первых подняли и осветили проблему Кубанского казачьего хора, что там изменилось?

А.Г.: Было такое, но я все-таки не самый первый серьезно затронул назревшие вопросы нашего национального бренда. В настоящее время после шума, поднявшегося вокруг Виктора Гавриловича Захарченко и его внука, затишье. Единственное, оттуда выжили первоклассного менеджера Анатолия Арефьева, сейчас он, кажется, работает в ТО «Премьера». Однозначно, для Кубанского казачьего хора Анатолий Евгеньевич большая потеря. Но Арефьев со своим опытом не пропадет.

«НК»: Да, картина не очень оптимистичная. Александр, вы пессимист?

А.Г.: Я реалист. И я всегда радуюсь, когда вижу что-то талантливое и неординарное, хорошую актерскую или режиссерскую работу. На Кубани такое, к сожалению, встречается редко, зато есть в Крыму, куда я часто езжу. Там театры имеют возможность приглашать интересных режиссеров, туда приезжают выпускники ведущих театральных вузов… В результате и в Академическом русском драматическом театре имени А.В. Луначарского, и в Севастопольском театре юного зрителя, и в Керченском драматическом театре имени А.С. Пушкина идут спектакли высокого уровня, о которых можно спорить и даже восхищаться.

А мы до тех пор, пока руководить театрами и браться за постановки будут не режиссеры и не балетмейстеры, не поднимемся с того дна, где сегодня все дружно пребываем.

Читайте новости в нашем Телеграме.
 
загрузка страницы...
Rambler's Top100