«Остаток дня»
Под занавес сезона наши драматические театры запестрили премьерами. Академическая драма выпустила сразу две: во второй половине июня давали пьесу американского драматурга Фредерика Строппеля «Из жизни ископаемых» в постановке Арсения Фогелева, и в начале июля режиссер Геннадий Шапошников показал «Зойкину квартиру» Михаила Булгакова.Фогелев выбрал странный материал для мини-бенефисов артистов старшего поколения. Во-первых, драматургию, так скажем, не самую лучшую, во-вторых, очередной раз Арсений Владимирович расписался в режиссерском бессилии, а когда одно налагается на другое, получается третье – низкопробный продукт.
![На фото сцена из спектакля «Из жизни ископаемых». Фото: пресс-служба Краснодарского академического театра драмы _Из жизни ископаемых_.jpeg](/upload/medialibrary/786/049xmn5qn5sn974wey6i6a1t594s0pym/Iz-zhizni-iskopaemykh_.jpeg)
Но, задействовав славный актерский ветеранский корпус, пребывающий сегодня без работы или вынужденный играть невесть что, главреж, как и предполагалось, снова выехал на мастерстве артистов, вернее, поэксплуатировал их актерскую природу и бесценный опыт.
Пьеса, как и спектакль, разбита на ряд новелл, героями которых являются люди, назовем стариков элегантно, «золотого возраста». Их ситуации трагикомичные, их «остаток дня», по сути, печален. И подаются эти сценки в не очень свежих, не очень изящных декорациях, порой неудобных для артистов: тот же декорированный пол, на котором наши любимые народные и заслуженные могли элементарно без ног остаться…
Для меня самым печальным номером программы (извините, покушусь на святое – на корифеев, на «наше всё») оказалась миниатюра народного артиста России Анатолия Горгуля и заслуженного артиста РСФСР Станислава Гронского, сыгравших палача (нацист) и жертву (узник концлагеря), встретившихся под конец жизни в доме престарелых. Казалось бы, тема тонкая, но дуэт начал так комиковать и ерничать, исходиться в клоунаде, что вся трагедия с комедией, естественно, ушли, так и не придя. Было больно смотреть на Анатолия Сергеевича, которому я посвятил немало восторженных слов, и непонятно, зачем Станислав Иосифович согласился на крайне сомнительную авантюру. Вот такой, увы, актерский «остаток дня».
Во всем этом грустном параде я бы выделил кладбищенскую историю, разыгранную Тамарой Родькиной и Евгением Жениховым, сыгравшими пару влюбленных, пришедших перед свадьбой на погост к могиле мужа героини, дабы получить благословение. Фарсовая грань актерами соблюдена, и они не соскользнули в банальную неловкость. Хочется отметить и работу заслуженных артисток России Ольги Светловой, Татьяны Коряковой, Инны Станевич. Необыкновенно темпераментной увиделась и героиня Ирины Хруль. Каждая из актрис как могла вытаскивала ситуацию персонажа, наделяя именно своей индивидуальностью, что отчасти все спасало от краха. К сожалению, Некто Ольги Вавиловой, надо полагать, образ экзистенциального существа, был настолько невнятен, нелогичен, что представляется каким-то инородным телом. Смотрится это все с чувством тягостной неловкости, и складывается впечатление, что смущение испытывали и сами актеры…
![На фото сцена из спектакля «Зойкина квартира». Фото: пресс-служба Краснодарского академического театра драмы _Зойкина квартира_.jpeg](/upload/medialibrary/4f6/9zpgr6o50aavs12898e5xyyn8y5a6yqj/Zoi_kina-kvartira_.jpeg)
Другая работа театра обещала быть интересной и яркой. Геннадий Шапошников уже не раз ставил в краснодарской драме, и все его спектакли отличались добротным уровнем режиссуры и умением работать с актерами. Его ждали и на него надеялись. Однако «Зойкина квартира» Михаила Булгакова тоже событием знаменательным не стала, хотя, если сравнивать с «трудами» главного режиссера, шапошниковская халтура в любом случае выходит на две головы выше, чем фогелевские драматические страдания. Бордель Зои художник Борис Шлямин изобразил доходчиво и даже пикантно, чего стоят только одни ироничные, чувственные абажуры. Возможно, Шапошников спешил и спектакль сооружен быстро, с сучка́ми, но крепко. Порадовал именно актерский ансамбль, про который краевые подмостки уже напрочь забыли. Режиссер, повторюсь, хорошо знает актерскую суть, и каждый персонаж в «квартире» был на месте.
Асир Шогенов своего китайца Херувима вывел расчетливым, коварным, но замешенным на этакой внутренней гротесковой пластике. Алла, любовница главного клиента «пошивочной мастерской», в исполнении Златы Соколовой вызывает даже сочувствие. Актриса и красива, и страстна в финальной ключевой сцене. Даже Татьяна Башкова (Манюшка) вдруг проявила неслыханный темперамент, так как обычно «примадонна» ходит скульптурой-памятником, стелой. Тем более играет Башкова сейчас достаточно, но ей как супруге главного режиссера, видимо, полагается такая востребованность, когда другие вынуждены стоять в очереди.
Наконец-то дошел черед и до Юлии Романцовой, одной из наших талантливых актрис. Ее Зойка рисковая, азартная, властная натура. Возможно, Юлия, зная ее потенциал, еще полностью не прочувствовала булгаковскую героиню, но в любом случае работа достойная и заметная. А вот Аметистов Алексея Сухоручко, кажется, в очередной раз сыграл Остапа Бендера, правда, здесь ярче, чем в «12 стульях».
10 и 11 июля Краснодарский театр драмы находился в Москве, где на главной сцене театра имени Евгения Вахтангова демонстрировал свою «Анну Каренину» Л. Толстого. И как кубанцы задорно уже сообщили у себя на сайте, Москва покорена с аншлагами. Я думаю, покорить златоглавую и великую сцену не так-то просто, ведь там еще идут гениальные спектакли вроде «Войны и мира», так что эта поездка – всего лишь личные договоренности руководящих сторон, а не реванш уездной труппы.
Эротико-клиническое шоу
Пока Кубань «потрясала» столицу нашей Родины, в Краснодарском молодежном театре КМТО «Премьера» показали «Любовь и голуби» В. Гуркина. Режиссер-постановщик Александр Кладько предложил почти мелодраму, не избегая цитат из знаменитого фильма Владимира Меньшова.Театр привык к качественной драматургии, и «простецкий» Гуркин в репертуаре «молодежки» будет смотреться сентиментально, приветливо и желанно для публики. Получился народный-пренародный спектакль, ведь не зря же сам драматург говорил, что «пьеса должна называться так же, как хороший индийский фильм». По этому принципу и построены «Любовь и голуби». Художник Александр Якунин на сцене соорудил многоступенчатый деревянный дом-двор. На зарешеченных экранах зритель может наблюдать взмывающих ввысь голубей. Очень хорошая работа художника по свету Сергея Скорнецкого, умеющего создавать «невидимый», но нужный свет.
И конечно, без актерского ансамбля, дуэтов «Любовь и голуби» не имеет смысла. Юлия Макарова (Надя) и Алексей Алексеев (Вася Кузякин) – главная пара спектакля, но все-таки Макарова несет на себе основную нагрузку, ее роль и внутренне энергозатратная, и физически требующая постоянного движения. Актриса смогла добавить нежности героине и даже «продлить» роль, что Юлия делала не раз в своих работах. Тетю Шуру сыграла еще одна замечательная актриса театра Елена Дементьева. Правда, сколько бы ее героиня ни грозила, ни ругала выпивоху мужа Митю (Дмитрий Морщаков), все равно она остается «божьим одуванчиком». Я никогда не забуду трогательных героинь-девочек Дементьевой: Фиби из знаменитой постановки «Над пропастью во ржи» Д. Сэлинджера, Сонечку Мармеладову в спектакле «Убивец» по роману Ф. Достоевского «Преступление и наказание». Вот и бабушки у Елены такие же милые и трогательные.
Безусловно, блистает здесь и Оксана Трегубова в образе разлучницы Раисы Захаровны. Чувствительная и знойная, успокаивающая себя голосом Джо Дассена, она тоже любит и хочет быть любимой, но Вася, голубиная душа, увы, ей не пара. Трегубова сыграла на контрасте и колоритно. Не менее живописным и статным героем явился и деревенский гармонист Ян Новиков. А к исходу довесок с частушками, так просто выглядел отдельным представлением, мажорной точкой.
Еще на себя обратил внимание Владислав Гоголев (Ленька). В спектакле у него нет великих актерских достижений, так как этого не позволяет роль, но вчерашний студент выделяется особой фактурой. Он пластичен, обаятелен, тонко реагирует на партнера, в нем есть какая-то внутренняя деликатность, изящество. Не знаю, как дальше будет складываться судьба Владислава, но ясно одно: в труппу пришел артист с серьезным потенциалом. А «Любовь и голуби», несмотря на то что намного скромнее тех же «Чудиков» Василия Шукшина, обязательно станет хитом репертуара и усладой для дам и старшего поколения.
Другой коллектив, ориентированный на молодых и юных, «Театр защитника Отечества», взялся за «Тень» Евгения Шварца.
К сожалению, ТЗО в закулисном кубанском театральном мире существует на правах анекдота, недоразумения. И как бы нынешний новый главный режиссер Андрей Корионов ни тужился, перебороть ситуацию, я думаю, не удастся, тем более после того, что мы увидели.
![На фото сцена из спектакля «Тень». Фото: пресс-служба ГАУК КК «Театр защитника Отечества» _Тень_.jpeg](/upload/medialibrary/25f/7paqngpj7daoff55ki39r67a3eauxyrz/Ten_.jpeg)
Я почти никогда не ухожу со спектаклей, но новогоднюю сказку «Поцелуй принцессы» Корионова не смог досмотреть... «Мой любимый способ сражаться – это плюнуть и уйти…» – писал в своих гениальных дневниках «Позвонки прошедших дней» Евгений Львович Шварц. Я так и поступил с «Принцессой», но «Тень» все-таки решил пережить. На самом деле от нормального зрителя подобные постановки требуют огромного терпения и таких же душевных затрат.
В результате нам предъявили музыкальное эротико-клиническое шоу с плясками, песнями, стриптизом. Один только номер с продавщицей воздушной ваты на пляже и ее сексуальное томление чего стоят. Притом кровать стала главным атрибутом действа. И под музыку «Пикника» явили разудалую развесистую клюкву. История тени, зажившей отдельной жизнью, превращена в пошлый дивертисмент. Линия любви Ученого (Матвей Невзоров) и Аннунциаты (Карина Редькина) режиссером скомкана, и когда героиня появляется в конце, ты не понимаешь, что она здесь делает. Актеры с текстом обращаются, как им угодно, к примеру, вместо слова «предостеречь» небрежно звучит «предупредить». Казалось бы, синоним, но вся красота и стилистика шварцевского языка исчезает. Пьеса безбожно помарана, и весь спектакль построен на «оживляже». Как говорится, «танцуют все!».
Художник Николь Кламперт пытался с помощью света, проекций менять картинку, трансформировать сценическое пространство, но в этом театре трудно работать профессионалу, так как все делается на клубном уровне.
Сама труппа разнокалиберная, и, насколько мне известно, главный режиссер методично избавляется от актеров с хорошим образованием. Один даже был уволен в день своего рождения. Интересно, чем главрежа пугают такие люди? Не собственной позицией ли?
Мне запомнилась первая встреча с Андреем Корионовым, когда он вышел на сцену с рукой, находящейся в кармане брюк. Я это называю – зажим! Вот таким психологическим зажимом и отличаются спектакли нового творческого рулевого «Театра защитника Отечества». Но сие совершенно не мешает руководству ТЗО пытаться выдвинуть ту же «Тень» на «Золотую маску».
Что касается Театра балета Юрия Григоровича, знаменитый коллектив под занавес сезона дал «Дон Кихота» Л. Минкуса с Марией Томиловой. Балерина впервые исполнила эту партию, и в партнеры ей даже выписали танцовщика из Уфы Рустама Исхакова, так как «кавалера» для примы у нас нет. Нет вопросов и к Томиловой, она все сделала и даже как надо открутила 32 фуэте, но возникает другой вопросительный знак: почему лишь к 35 годам появилась в ее репертуаре Китри? Почему не раньше, когда все горело, бурлило и летало?
У меня иногда создается ощущение, что наш балет – театр запоздалых и поздних дебютов. Обидно, ведь в труппе есть молодые дарования, которым под силу осваивать серьезный репертуар и ведущие партии.
На драматическом поле дела с этим обстоят немного лучше, но там другие проблемы, и главная из них – отсутствие профессиональной интересной режиссуры и настоящих художественных лидеров.
Читайте новости в нашем Телеграме.