«В Америке доской дорожат, а у нас дом стоит, и мы ждём, пока он рухнет»: Владимир Громов поделился мнением о состоянии здания в Краснодаре, где был убит генерал Корнилов

«В Америке доской дорожат, а у нас дом стоит, и мы ждём,  пока он рухнет»: Владимир Громов поделился мнением о  состоянии здания в Краснодаре, где был убит генерал Корнилов
Владимир Громов. Фото: личный архив Владимира Громова

Бывший атаман Кубанского казачьего войска о сохранении памяти Лавра Георгиевича Корнилова и истории Белого движения на Кубани.

«Новая Кубань» продолжает серию материалов, посвящённых 105-летию со дня гибели основателя Белого движения в годы Гражданской войны Лавра Георгиевича Корнилова.Так, корреспонденты «НК» посетили дом, где генерал получил смертельное ранение, а также обсудили важность сохранения здания и исторической памяти о событиях тех лет с профессором КубГУ, критиком и доктором филологических наук Юрием Павловым и историком, ведущим научным сотрудником Южного филиала Российского научно-исследовательского института культурного и природного наследия имени Д. С. Лихачёва Виталием Бондарем.

В этом материале «НК» пообщалась с бывшим войсковым атаманом Кубанского казачьего войска, кандидатом исторических наук Владимиром Прокофьевичем Громовым.

Наш диалог с атаманом начался с вопроса о том, как связано кубанское казачество с основателем Добровольческой армии. Однако Владимир Прокофьевич пояснил, что значимость Лавра Георгиевича Корнилова не ограничивается лишь Кубанью и кубанским казачеством. Генерал Корнилов был фигурой общероссийского масштаба: военным исследователем, топографом, участником Русско-японской и Первой мировой войн. Белый генерал также участвовал в аресте царской семьи. «Это особая фигура того времени», — отмечает историк.


В. Г.: Что же касается кубанского казачества, я бы хотел отметить следующее: Корнилов был одним из военачальников, создавших Белую армию. Когда белогвардейцы предприняли поход с Дона на Кубань, прозванный Ледяным, с Корниловым шла небольшая группа. Шли кадеты, шли офицеры, шли гимназисты, а казаков почти не было.

В разговоре Владимир Прокофьевич приводит одну сцену, хорошо иллюстрирующую отношение казаков того времени к Корнилову.

В. Г.: Когда белые достигли границ Кубанской области, они остановились в станице Плоской, в доме казака Поликарпа Сухенко. Корнилов просил кубанских казаков подняться на борьбу с большевиками, призывал пополнить его немногочисленный отряд. Но они, ещё не вкусившие всех «прелестей» советской власти, увидев, что в рядах Корнилова почти нет казаков, решили, что и им это не нужно. Не откликнулись и на призыв избранного ими атамана (Филимонов Александр Петрович — атаман Кубанского казачьего войска с 1917 по 1919 год — прим. ред.) сражаться, в результате чего он должен был бросить Екатеринодар и уйти за Кубань.


По словам историка, виной тому стала и усталость после Первой мировой войны, и непонимание происходящего в целом. Лишь увидев, чем обернулся приход советской власти, казачество активно включилось в деятельность Белой армии. Уже к девятнадцатому году в рядах деникинской армии (Антон Деникин — белогвардейский генерал, возглавивший Добровольческую армию после гибели Корнилова — прим. ред.) до 70% кавалеристов составляли казаки с Юга России. 

При этом в годы войны также существовало и собственное государственное образование казаков, за которое некоторые историки упрекают их в самостийности. У Владимира Громова на этот счёт своё мнение.

В. Г.: В период Гражданской войны, в 1918 году, была создана Кубанская республика, ошибочно называемая «народной». В действительности же это было образование, именуемое Кубанский край, создание которого иногда трактуют как самостийность казаков. Но конституция Кубанского края фиксировала, что это государственность временного характера, существующая, пока в России не установится законная власть, определённая Учредительным собранием, а Кубань станет частью Российской Федерации. Уже тогда говорилось не об империи, а о федерации. Естественно, у края были свои парламент, правительство, вооружённые силы.

По словам атамана, интерес к личности главнокомандующего Белой армией появился заметно позже, уже к концу XX века. Так, лишь с возрождением казачества в 90-е годы в Краснодарском крае удалось открыть мемориал, который находился на берегу реки Кубани, недалеко от места гибели генерала Корнилова. Тогда реализовать проект удалось при активном участии историка Фёдора Бунина и казачьего зарубежья, поддержавшего идею финансово. Однако, как отмечает Владимир Громов, не все были рады такому раскладу. 

«Когда городские власти узнали, что мы таким образом сохранили память о Лавре Георгиевиче, столько было возмущения, столько на меня нападали», — вспоминает события тех лет бывший глава Кубанского казачьего войска.

По его словам, тогда установка мемориала вызвала шквал непонимания со стороны властей.

В. Г.: И сейчас наше чиновничество не доросло, а может, и не в состоянии понять, что есть история и личности в истории.

В августе 1991 года я впервые побывал в США. И там в музее, где хранились регалии Кубанского казачьего войска, лежал небольшой кусок доски. Я спросил: «Что это?» А это был фрагмент гроба генерала Корнилова. У нас на окраине Краснодара по адресу: Калинина, 100, сохранился дом, в котором был убит генерал. А мы до сих пор ему ладу не дадим.
Материалы по темеМемориальный комплекс с гнилыми саманными стенами: эксклюзивный репортаж из дома в Краснодаре, где 105 лет назад погиб генерал Корнилов Мемориальный комплекс с гнилыми саманными стенами: эксклюзивный репортаж из дома в Краснодаре, где 105 лет назад погиб генерал Корнилов 11.05.2023

Вспоминая о казачьем зарубежье, Владимир Громов упомянул и то, что почти каждый год на Кубань по приглашению местных казаков приезжали бывшие эмигранты. Оказываясь в России, они не только виделись с родственниками, но и всегда просили показать им место гибели Лавра Георгиевича.

В. Г.: Я возил их туда. Тогда это был коммунальный дом, где жило несколько семей. Жильцы разрешали. По моей просьбе они открывали кухоньку, в которой и погиб Корнилов. Всё было запущено, стены закопчены, обложены каким-то хворостом, но в стене, которая смотрела в сторону Екатеринодара, до сих пор можно было увидеть след от попадания снаряда, сколько бы его тогда ни пытались замазать.

Как нам рассказал атаман Громов, на Кубань, чтобы посмотреть место гибели Корнилова, приезжали даже его потомки из Франции. Однако интерес к персоне основателя Добровольческой армии проявляли не только русские эмигранты. По словам Владимира Прокофьевича, о родстве с Корниловым также помнили и некоторые калмыки, к которым, как известно, относилась мать белого генерала. Так, одним из посетителей дома Корнилова стал дядя Кирсана Илюмжинова (Кирсан Илюмжинов — президент Калмыкии с 1993 по 2005 год, с 2005 по 2010 год — глава региона — прим. ред.).

«Тогда тоже высказывалось намерение восстановить этот дом, но, кроме слов, ничего сделано не было», — рассказывает Владимир Громов.

Тем не менее экс-атаман по-прежнему видит выход из сложившейся ситуации.

В. Г.: К сожалению, музея Гражданской войны или Белого движения на Кубани не создали. В историческом музее такого зала тоже нет, а в этом доме можно было бы расположить экспозицию. И я, и известный писатель Виктор Иванович Лихоносов постоянно обращались с этим вопросом к городским властям. Это продолжалось на протяжении нескольких лет.
Материалы по теме«Корнилов — это пример русского воина-героя»: профессор КубГУ Юрий Павлов о важности сохранения исторического наследия Белого движения в Краснодаре«Корнилов — это пример русского воина-героя»: профессор КубГУ Юрий Павлов о важности сохранения исторического наследия Белого движения в Краснодаре11.05.2023

В те времена я обращался к мэру Владимиру Евланову. По моему письму он проводил совещание о сохранении дома. На что уже тогда было высказано: «Мы его завалим и построим новый». Но постойте, зачем новый? Дорого то, что сохранилось, его нужно реставрировать.

И тогда я опять высказал идею о создании музея. Евланов согласился. На этом совещании были и я, и Лихоносов, и другие краеведы.

До сих пор беспокоюсь: я знаю, наше чиновничество само инициативы не выскажет и другие не поддержит. Раз в год я еду к дому Корнилова и поднимаю этот вопрос. Лишь год назад власти заявили о консервации здания. Его огородили высоким забором и, думаю, ждут, пока оно завалится, на чём всё и закончится. Не могу спокойно на это реагировать. Меня это бесит. Я уже в том возрасте, когда нельзя спокойно смириться.

Одни чиновники не понимают, а другие не хотят понять даже то, что это наша память. События Гражданской войны не должны повториться в нашей истории вновь.
Материалы по теме«Личность Корнилова бесспорно значительная для отечественной истории и безусловно достойная увековечения»: историк Виталий Бондарь«Личность Корнилова бесспорно значительная для отечественной истории и безусловно достойная увековечения»: историк Виталий Бондарь24.05.2023

Однако в этом противостоянии чиновнического равнодушия и исторической памяти были и успехи. Так, в период мэрства Евланова всё-таки удалось разработать мемориальный комплекс, открытый в 2011 году. Как отмечает Владимир Громов, в проект также входит возведение различных кафе и гостиничного комплекса. Однако, подчёркивает историк, нужно сохранять то, что досталось нам и имеет историческую ценность.


В. Г.: Я всегда считал и считаю: здание нужно отреставрировать и придать ему значение. Либо в нём будет располагаться музей Гражданской войны, либо музей Белого движения. Музей Корнилова создать не получится, так как у нас ничего от него не осталось. В Америке доской дорожат, а у нас дом стоит, и мы ждём, пока он рухнет. Жизнь здания подразумевает, что оно должно функционировать.
 
Тем не менее всё, что было сделано городскими властями, — это расселение и консервация дома, по сей день остающегося пустым, а также установка памятника, где ежегодно казаки поминают имя Лавра Георгиевича. 


Как нам рассказал атаман, последний раз вопрос о состоянии дома поднимался несколько лет назад, ещё в период, когда мэром Краснодара был Евгений Первышов. Тогда на имя главы города было отправлено письмо за подписями Владимира Громова и его коллеги по научной деятельности, в то время декана факультета истории, социологии и международных отношений Александра Ващенко.

Завершая диалог, Владимир Громов подчеркнул, что не планирует мириться с текущим положением вещей. 

«Через время я опять буду беспокоить наши власти, тех, кто должен принимать решения о сохранении памяти: и трагических, и героических страниц истории наших народа и края», — резюмирует первый атаман возрождённого казачества. 

Читайте также по теме: Мемориальный комплекс с гнилыми саманными стенами: эксклюзивный репортаж из дома в Краснодаре, где 105 лет назад погиб генерал Корнилов.

«Корнилов — это пример русского воина-героя»: профессор КубГУ Юрий Павлов о важности сохранения исторического наследия Белого движения в Краснодаре.

«Личность Корнилова бесспорно значительная для отечественной истории и безусловно достойная увековечения»: историк Виталий Бондарь.

Читайте новости в нашем Телеграме.
 
загрузка страницы...
Rambler's Top100